Ланжероновская

Опубликовано Фев 23, 2014 в Центр

Ланжероновская

Маленький участок Ланжероновской улицы, названной в честь графа Андро Ланжерона — еще одного славного француза, правившего Одессой после Ришелье и жившею на углу Глванной. При этом добром чудаке, утомлявшем Пушкина чтением занудливых виршей собственного изготовления, в 1817 году городу был дарован вожделенный статус «порто-франко» — вольной гавани, то есть освобождение от пошлин ввозимых в порт грузов, давшее колоссальный толчок его процветание.

Так вот, направляясь к бульвару, слева вы узрите весьма пикантное зрелище: псевдоантичный портик, в сени коего находится пень старинного дуба. На дубе том — цепь и бронзовая табличка с надписью дуб мемориальный... и историей славного дерева, павшего то ли от старости, то ли от небрежения садовника Однако до недавнего времени на тимпане сооружения красовалась еще одна надпись Дескать. возведено оно в честь... 10-летия независимости Украины. Естественно ироничные одесситы тут же окрестили монумент рухнутым. А двусмысленный текст вскоре был истреблен.

Напротив дубового памятника красуется еще один, как бы символизирующий преемственность городских традиций. Официально он именуется Апельсин, в народе же — «Памятник взятке». Работа Александра Токарева действительно представляет собой апельсин, в который встроены и фигура императора Павла, и виды Петербурга, и. обширный перечень городских и областных начальников. давших средства на его сооружение.

А история с апельсинами такова пришедший к власти после смерти матери. Екатерины Великой. Павел I ненавидел все ее начинания А потому тогда, в 1796 году, и было приостановлено финансирование строительства города и порта, оказавшихся на грани гибели И тогда лихие на выдумку первые одесситы через «своего человека» в столице узнали о вкусах самодержца Зимой с курьерской скоростью в Петербург полетело прошение о возобновлении ассигнований, сопровожденное... тремя тысячами померанцев. Так тогда называли любимые императором апельсины. Крутой, но отходчивый Павел Петрович растрогался и — вернул свои милости спасенной Одессе! Разумеется, взяткой это назвать нельзя, но прозвища порой так удачно связывают прошлое с настоящим.

А дальше вниз по Ланжероновской слева — Литературный музей, обитающий в бывшем дворце князей Гагариных (арх. Л. Отон, 1840-е гг.). Это здание вмещает в себе единственное в стране собрание материалов, охватывающих историю изящной словесности не только Одессы, но и всей России.

Во дворе же — своеобразный сад скульптур под открытым небом. Начало ему положено было в 1995 году, когда знаменитый режиссер и по совместительству ваятель Резо Габриадзе презентовал музею миниатюрную бронзовую фигурку Рабинович — герой одесских анекдотов. С тех пор каждое первое апреля к задумчивому человечку присоединяются разнообразные символы литературной Одессы — «Антилопа-гну», «Зеленый фургон», «Рыбачка Соня». И даже первый прижизненный памятник постсоветской эпохи — Жванецкому с его неизменным портфелем... Следует добавить, что все они появляются благодаря энтузиазму Леонида Липтуги, в середине-конце 90-х годов прошлого века содержавшего в музейном дворике популярное среди городской богемы «Литературно-артистическое кафе». Кафе уже давно не существует, но традиция продолжается!

Справа, над обрывом — напоминающий средневековую мавританскую крепость дворец генерала Яна Витта (1820-30-е гг.), сподвижника Аракчеева, обер-шпиона, организовывавшего слежку за декабристами, за Пушкиным и Мицкевичем. Многие годы в нем находилось управление Черноморского пароходства, когда-то — крупнейшего в мире, а ныне существующего лишь на бумаге...

Яндекс.Метрика