Молдаванка

Опубликовано Фев 28, 2014 в Молдаванка

Молдаванка

Молдаванка, находящаяся меж линией Старопортофранковской и Балковской, тянется далеко за вокзал, сливаясь со спальными многоэтажными районами на уровне Второго христианского кладбища.

Сразу скажем ничего особенно колоритного в бабелевском духе вы там не увидите. В ее «центрике», на уровне Прохоровской, — средне мещанские жилые дома, в глубинках же — тоскливые трущобы, давно заслуживающие сноса. Район этот, появившийся как слобода молдаван-первопоселенцев города, скоро стал интернациональным. И славился не только лихими налетчиками, но и вполне благопристойными тружениками — фабрик и заводиков здесь хватало.

Само собой, аборигены были не без колоритного налета местного фанфаронства и специфического жаргона. В нем смешался идиш, греческий, украинский и Бог еще знает какие языки. И появился неповторимый акцент по которому коренных одесситов узнавали с первого слова...

Можно, конечно, посмотреть на самую старую в городе Еврейскую больницу, основанную еще в 1800 году и содержавшуюся на средства еврейской общины и меценатов. Однако, сравнив несколько десятков коек, которые до революции находились практически на той же площади палат, с нынешними сотнями, — ускорим шаги, втайне перекрестясь и посочувствовав пациентам почтенного учреждения.

Молдаванка и Мишка Япончик

Можно и заглянуть на угол Степовой и Дальницкой — там совсем юный Моисей Винницкий, изобразив по заданию анархистов чистильщика сапог, укокошил бомбой полицмейстера Кожухаря, погромщика и пьяницу, ненавистного всей Молдаванке. Несовершеннолетний киллер-террорист был оставлен гуманным царским судом в живых, хотя и получил весьма долгий срок. Из одесской тюрьмы после Февральской революции вышел сформировавшийся лидер. Причем явно уголовного толка Мишка Япончик, прозванный так за косой разрез глаз. Грядущий король армии налетчиков, чьей цитаделью была Молдаванка... Прототип бабелевского Бени Крика, закончивший, как и он,— временной дружбой с большевиками, сколоченной из бандитов воинской частью — и ее крахом, паническим бегством и пулей из нагана бывалого краскома.

Не без забавности поглазеть на вовсе непонятный бюст гетмана Хмельницкого в начале улицы, носящей его имя, наискосок от кинотеатра «Родина». Ну ведь не бывал здесь пан Богдан-Зиновий! Потому как помер почти за полтора столетия до основания города. И до Хаджибея не доходил вроде бы... И — со скорбью помянуть жертвы Холокоста, чьей памяти посвящен монумент работы Зураба Церетели в Прохоровском сквере.

Яндекс.Метрика